Могут ли Индия и Израиль создать военный союз в ответ на «исламское НАТО»

В последние недели в индийских и израильских СМИ практически ежедневно появляются аналитические материалы, посвященные тому, насколько серьезным геополитическим вызовом для обеих стран стал Мекканский пакт. Официально именуемый Мекканским соглашением о совместной обороне, он был подписан 7 августа 2026 года в священном для мусульман городе Мекке президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, премьер-министром Пакистана Шахбазом Шарифом и наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Сальманом. Соглашение заложило основу нового треугольника коллективной безопасности в Западной и Южной Азии, который СМИ и эксперты уже окрестили «исламским НАТО», поскольку ключевой принцип соглашения схож со ст. 5 Североатлантического договора: вооруженное нападение на любую из трех стран будет рассматриваться как нападение на всех.

Соглашение выросло из двустороннего саудовско-пакистанского пакта 2025 года. Интересы нового трехстороннего блока неизбежно входят в противоречие с амбициями Индии и Израиля. Накануне подписания документа, 6 августа, премьер-министр Индии Нарендра Моди провел телефонный разговор с израильским коллегой Биньямином Нетаньяху: они обсудили ситуацию в регионе и подтвердили готовность теснее укреплять стратегическое партнерство в изменившихся условиях. Вскоре после подписания Мекканского пакта в Сети появились сообщения, что Индия якобы предложила Израилю заключить аналогичное оборонное соглашение. МИД республики, впрочем, назвал эти новости фейком.

Как менялись отношения Индии и Израиля в последние годы и возможен ли между ними военный союз — разбирался РБК.

Как Индия углубляет политическое и экономическое сотрудничество с Израилем

В период премьерства Нарендры Моди, который возглавил правительство в 2014 году, отношения между Индией и Израилем были формально повышены до уровня стратегического партнерства. Решение об этом было принято в июле 2017 года, когда Моди нанес визит в Израиль, став первым индийским премьер-министром, посетившим эту страну. Спустя год ответный визит в Нью-Дели совершил Нетаньяху.

В феврале 2026 года Моди предпринял еще одну поездку в Израиль, где выступил перед израильским парламентом. Обращаясь к членам кнессета, он заявил, что Индия «неизменно и осознанно» поддерживает Израиль, а также выразил сочувствие в связи с атакой ХАМАС 7 октября 2023 года. Моди также подчеркнул, что «ни одна цель не может оправдать убийства мирных граждан». По итогам визита стороны подписали 16 меморандумов о взаимопонимании, которые охватывают сферы культуры, сельского хозяйства, инновационных технологий и производства гражданских беспилотников.

В последние годы активизировались и контакты на уровне внешнеполитических ведомств. Регулярно поддерживают связь министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар и глава МИД Индии Субраманьям Джайшанкар. В ноябре 2025 года Саар посетил Нью-Дели с официальным визитом, а в марте 2026 года между министрами состоялся телефонный разговор, посвященный стратегическому сотрудничеству и безопасности в Западной и Южной Азии.

В публичной дипломатии Индия занимает двойственную позицию: осуждая атаку ХАМАС на Израиль как теракт и выражая солидарность с израильским народом, она одновременно не отказывается от традиционной поддержки палестинской государственности и принципа «два государства для двух народов». В частности, страна выступает за членство Палестины в ООН, отстаивает верховенство международного права и акцентирует внимание на соблюдении прав мирного населения сектора Газа. Такой подход контрастирует с позицией многих стран глобального Юга, которые склонны занимать однозначно пропалестинскую позицию.

При Моди Индия стремится утвердиться в качестве самостоятельного игрока на международной арене и потенциального посредника, способного выстраивать рабочие отношения с разными центрами силы, в том числе с Израилем и арабским миром, поддерживающим палестинцев, и извлекать из этого политические и экономические выгоды.

Параллельно происходит укрепление индийско-израильских экономических связей. Еще в 2023 году индийский конгломерат Adani Group, специализирующийся в том числе на логистическом бизнесе, за $1,2 млрд купил порт Хайфы — крупнейший международный порт Израиля. За 2024–2025 финансовый год совокупный товарооборот Индии с Израилем составил $3,75 млрд — среди азиатских стран больше только у Китая. В феврале 2026 года партнеры начали переговоры о подписании соглашения о свободной торговле.

Обе страны заинтересованы и в расширении трудовой миграции из Индии в Израиль: с 2023 по 2026 год число индийских граждан на территории Израиля выросло с 18 тыс. до более чем 48 тыс., подавляющее большинство из них — наемные рабочие. В феврале 2026 года, после визита Моди, было подписано соглашение о дополнительном привлечении более 50 тыс. работников из Индии в течение ближайших пяти лет. Для Индии это способ решить проблему безработицы, а для Израиля — проблему нехватки рабочих рук, особенно обострившуюся после октября 2023 года, когда резко сократилось число работающих в стране палестинцев (по данным НПО Kav LaOved, с 100 тыс. до 8 тыс. человек).

С момента обретения независимости в 1947 году Индия последовательно занимала пропалестинскую позицию. В 1948-м она проголосовала в ООН против плана раздела подмандатной Палестины и отказалась признавать Израиль. Курс определялся антиколониальной солидарностью с арабами, поиском союзников в мусульманском мире и влиянием проарабски настроенного СССР. В 1950 году Нью-Дели все же объявил о признании Израиля де-юре, но не стал устанавливать с ним дипломатические отношения. В 1974 году Индия стала первой немусульманской страной, признавшей Организацию освобождения Палестины (ООП) единственным законным представителем палестинского народа.

Ситуация изменилась в 1990-х. В Индии возросла популярность правых партий, ориентированных на сближение с Израилем — в том числе из-за своей антимусульманской идеологии. Индийские власти также разочаровались в арабских государствах, не поддержавших Дели в конфликтах с Пакистаном. Распад СССР и крушение биполярного мира заставили Нью-Дели искать новых военно-политических партнеров. 29 января 1992 года Индия и Израиль официально установили дипломатические отношения.

Как Индия и Израиль стали поставщиками оружия друг для друга

Значительную долю товарооборота между Индией и Израилем составляет продукция военного назначения. Причем сотрудничество в оборонной сфере старше их дипломатических отношений: Израиль поставлял оружие Индии уже во время китайско-индийской войны 1962 года, а затем оказывал военную помощь в конфликтах с Пакистаном. На протяжении десятилетий Нью-Дели выступал преимущественно в роли покупателя и оставался одним из крупнейших потребителей израильских военных технологий.

В последние годы страны налаживают совместное производство и разработку вооружений. В 2018 году в Хайдарабаде, штат Телангана, конгломерат Adani и израильский оборонный концерн Elbit торжественно открыли завод по производству беспилотников Hermes. На момент открытия это было единственное производство средневысотных дронов большого радиуса действия класса Hermes 9 за пределами Израиля. Ранее партнеры также осуществили совместную разработку зенитно-ракетного комплекса (ЗРК) «Барак-8». Изначально сконструированный как корабельный, ЗРК «Барак-8» был адаптирован для сухопутных войск по запросу Индии.

По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI), в 2021–2025 годах на Индию пришлось около 29% всего израильского экспорта оружия, что сделало страну крупнейшим импортером этой продукции. А затяжной конфликт на Ближнем Востоке привел к структурным изменениям в оборонном сотрудничестве двух стран. Ограничения на поставки отдельных категорий вооружений со стороны ряда западных стран и возросшие военные потребности подтолкнули Израиль к поиску альтернативных поставщиков. В итоге в 2023 году Индия существенно нарастила поставки Израилю оружия, боеприпасов и бронетехники, а израильские оборонные компании стали активнее переносить производство на индийскую территорию. Как отмечает The Jerusalem Post, за три года с начала войны в секторе Газа было зафиксировано приблизительно 2,6 тыс. случаев поставок индийской продукции военного назначения в Израиль. В результате еврейское государство стало рассматривать Нью-Дели не только как крупнейший рынок сбыта, но и как равноправного партнера.

Это выгодно обеим сторонам: Израиль компенсирует потери от ухода европейских поставщиков, а Индия получает доступ к передовым технологиям, необходимым для модернизации собственной армии. В 2025 году Моди объявил о запуске программы «Сударшан Чакра» — многоуровневой системы ПВО и ПРО с элементами искусственного интеллекта, предназначенной для защиты от воздушных и ракетных ударов. В основу проекта легла израильская система «Железный купол».

В ноябре 2025 года страны подписали меморандум о взаимопонимании в области обороны, промышленности и технологий. Документ был согласован на заседании совместной рабочей группы в Израиле, которую возглавили генеральный директор Минобороны Израиля Амир Барам и замминистра обороны Индии Раджеш Кумар Сингх. Как сообщает The Hindu со ссылкой на индийское министерство обороны, документ касается совместного производства вооружений и разработок в сфере высоких технологий, включая искусственный интеллект и кибербезопасность. Во время февральского визита Моди лидеры двух стран подтвердили стратегический характер военного сотрудничества и повысили его статус до «специального стратегического партнерства во имя мира, инноваций и процветания» с акцентом на совместное техническое развитие и наращивание высокотехнологичного производства.

Как эксперты оценивают перспективы сближения Израиля и Индии

Опрошенные РБК эксперты отмечают, что сближение Индии и Израиля продиктовано целым комплексом исторических, внутриполитических и внешнеполитических факторов.

Старший научный сотрудник Института стран Азии и Африки МГУ Илья Спектор отметил, что большую часть второй половины XX века отношения между двумя странами были «практически на нуле», несмотря на формальное признание Индией независимости еврейского государства. В Индии сторонники укрепления двусторонних связей, предшественники Нарендры Моди, видели в Израиле потенциального партнера по двум причинам: общая ориентация стран на США и восприятие Израиля как идеального государства, основанного на религиозной идеологии и противостоящего мусульманскому миру. В 1990-х к этому добавился экономический фактор, а также то обстоятельство, что арабский мир перестал быть единым — появилась возможность одновременно развивать отношения с нефтяными монархиями Залива, которые поставляли в Индию нефть, и с Израилем. В итоге Нью-Дели начал с ним активное сотрудничество.

Отношения Индии и Израиля на нынешнем этапе Спектор охарактеризовал как союзнические. Их характерной особенностью является то, что политики из обеих стран идеализируют друг друга и имеют слабое представление о реалиях на местах. «В их представлении есть некий небесный Израиль и некая небесная Индия», — пояснил эксперт. А фактор наличия большой мусульманской общины в Индии (по данным переписи 2011 года, она составляет 14,2% населения) для Моди не имеет никакого значения, поскольку она не относится к его электорату, отметил он.

Научный сотрудник ИМЭМО РАН Людмила Самарская обратила внимание, что сотрудничество с Индией хорошо вписывается в генеральную повестку внешней политики Израиля. «Иерусалим стремится максимально диверсифицировать свои международные контакты, сохраняя особый статус отношений с США, и отношения с Индией в полной мере вписываются в многовекторную внешнеполитическую стратегию Израиля», — объяснила она. По словам эксперта, одним из объединяющих обе страны аспектов служит противодействие радикальному исламизму и международному терроризму. Самарская напомнила, что развитие этих отношений поддерживается США: именно под американским давлением Израиль был вынужден сократить сотрудничество с Китаем в сфере безопасности еще в 2000-х годах.

По мнению