Русофобия — корни и плоды. О чём выставка, открытая на Гоголевском бульваре

Открытие выставки «Колониализм… Геноцид… Русофобия — цивилизация по-европейски» на Гоголевском бульваре. / Эдуард Кудрявицкий / АиФ

8 октября в Москве на Гоголевском бульваре состоялось открытие выставки «Колониализм... Геноцид... Русофобия — цивилизация по-европейски», подготовленной Российским военно-историческим обществом.

Слова «на Гоголевском бульваре» следует понимать буквально — выставка работает под открытым небом, на улице. Соответственно, вход на неё свободный — согласно замыслу создателей, выставка должна иметь как можно более широкий охват. И тут уже нелепо говорить о билетах и платном входе. Настолько важная информация должна быть доступна всем и каждому. Член комиссии Совета при Президенте Российской Федерации по межнациональным отношениям, научный сотрудник Института российской истории РАН, член Научного Совета РВИО Александр Дюков, выступавший на открытии экспозиции, заявил: «Выставка действительно способствует просвещению, способствует пониманию широкой аудиторией нарративов, направленных против нашей страны. Люди проходят мимо, они наверняка сюда посмотрят и что-то из этой выставки вынесут... »

Александр Дюков. Фото: АиФ/ Эдуард Кудрявицкий

Что конкретно можно вынести из этой выставки — пусть решит для себя каждый. Но в целом она не просто раскрывает глаза на состояние мира, в котором мы живём, но и объясняет, почему он стал именно таким.

Характерный пример. Научный директор Российского военно-исторического общества Михаил Мягков, выступая на открытии выставки, отметил: «По сути дела, мы разбираем истоки русофобии в этих странах с древнейших времён. Мы показываем, как Россия в своё время помогала странам Прибалтики. В том числе и Польше, выручив её из страшной беды и позволив сохранить ей независимость... » Всё так, всё верно. Но есть любопытный нюанс. Слова Михаила Юрьевича о том, что мы выручили Польшу из страшной беды, многие поймут применительно к истории Второй мировой войны, когда СССР действительно спас польское государство и польский народ от уничтожения. А когда спас, оказал неоценимую помощь в восстановлении страны, разрушенной войной, хотя для этого пришлось буквально вырывать кусок от своего народа, который пострадал не меньше. Однако обратим внимание и на другие его слова — о том, что выставка демонстрирует нагнетание русофобии с древнейших времён. И недаром ведь стенды, посвящённые Польше и полякам, носят красноречивое название: «Десять веков польской русофобии».

Михаил Мягков. Фото: АиФ/ Эдуард Кудрявицкий

Потому что был в истории ещё один момент, когда Россия спасла Польшу, «выручив её из страшной беды». Это первая четверть XIX столетия. И не надо сказок о том, что именно тогда Польша была под русским сапогом. Она действительно была под сапогом. Но у Австрии и Пруссии, которые по итогам последнего раздела 1795 года получили собственно польские земли и принялись изо всех сил онемечивать польское население. Само имя Польши было стёрто с карты Европы — Наполеон ведь создал лишь «Великое герцогство Варшавское», а поляков использовал как пушечное мясо в своих бесконечных войнах, в том числе и против России. В 1814 году, когда после низложения Наполеона европейские державы думали, что делать с поляками, общее мнение было таким — вернуть всё к реалиям 1795 года. То есть продолжить уничтожение уже не страны, а народа. Князь Адам Чарторыйский тогда умолял русского императора Александра I: «Государь, спасите нас от уничтожения, помогите сохранить наш язык и наше имя!»

Русский император не побоялся тогда пойти против всей Европы, жаждавшей окончательного решения польского вопроса. Он не только сохранил язык и имя поляков. Он спас страну и государство, создав Царство Польское, которое имело и свою армию, и своё правительство, и свою валюту...

Стенд, вводящий в смысловое пространство выставки, гласит: «Времена экономического подъёма, развития инфраструктуры, науки и культуры, ставшие возможными благодаря интеграции с Россией, зачастую преподносятся не как этап прогресса, а как период «зависимости» или даже «угнетения». И это святая правда. Да, Россия как минимум дважды спасла Польшу и польский народ от исчезновения. Но ведь то же самое можно сказать и о Финляндии. И даже больше. Строго говоря, самим своим существованием это государство обязано России. Так-то это была провинция Швеции, медвежий угол, народ, который никогда не имел своего государства и к началу XIX столетия стал забывать и свой язык — население поголовно говорило по-шведски. Но по итогам Русско-шведской войны 1808-1809 гг. Финляндия вошла в состав России. И не как провинция, а как страна, населённая и управляемая полноправным народом. Спустя полвека Финляндия и вовсе обрела атрибуты полноценного государства, причём стараниями русских был сохранён и развивался финский язык — в 1863 году император Александр II официально приравнял его к шведскому языку, который с XVII столетия был там государственным.

Ровно то же самое можно сказать и о Прибалтике. В Эстонии, Литве и Латвии уже давно принято сравнивать «две оккупации» — там этим словом называют как пребывание эстонцев, литовцев и латышей в Рейхскомиссариате Остланд, где ими напрямую управляли нацисты, так и советский период истории, когда эти страны были полноценными государствами со своим аппаратом, который состоял из местных кадров. Причём сравнивают не в пользу советского периода. Притом почему-то забывается конкретика. А она такова. В период советской «оккупации» до войны на территории Латвии было зафиксировано всего 25 случаев заболевания сыпным тифом. А в период пребывания Латвии в Рейхскомиссариате Остланд — около 3 тысяч случаев сыпняка. В Эстонии же смертность малышей в 1941-1942 гг. увеличилась на 22%. Что же делают страшные советские «оккупанты», выгнав немцев из Прибалтики? Вот что: «Развернуть в месячный срок дополнительные инфекционные больницы. Развернуть в 1945 году дополнительно родильные дома и родильные отделения в общих больницах на 435 коек. Организовать к 1 июля 1945 года молочные кухни во всех уездных центрах и городах республиканского подчинения... »

Наталия Таньшина, Михаил Мягков и Александр Дюков. Фото: АиФ/ Эдуард Кудрявицкий

Помнят там об этом? Кажется, нет. Недаром именно эти страны в открытую проводили шествия своих ветеранов подразделений СС — об этом и о многом другом рассказывает раздел «Истоки и смысл прибалтийского неонацизма», представленный на выставке.

О том, как так вышло, что в Прибалтике отрицается очевидное, рассказала профессор института общественных наук РАНХиГС, доктор исторических наук, ответственный секретарь Научного Совета РВИО Наталия Таньшина: «В сопредельных с нами государствах вот это явление, оно проявляется наиболее таким жёстким, даже чудовищным образом. Почему» Потому что эти государства, как правило, строят свою идентичность именно на русофобии, на формировании образа ужасной колониальной, деспотичной России. Причём это активно продвигается сейчас в Европе на самом высоком уровне, через структуры ЕС».

Всё верно. На русофобию есть заказ. И он исходит от «старых европейских элит», где это чувство лелеяли с незапамятных времён — как инструмент, которым очень удобно пользоваться, когда нужно изолировать Россию, окружить нашу страну «санитарным кордоном». Именно поэтому там изгоняется правда. Именно поэтому мы должны эту правду хранить. И не только. Михаил Мягков уверен, что одним лишь хранением не обойтись: «Мы не должны сидеть сложа руки, а постоянно говорить и доносить правду, наша позиция должна быть активной. Мы не должны просто защищаться, но и обличать, собственно говоря, те вещи, которые происходят сегодня в Западной Европе, на Украине, в Прибалтике, в других странах бывшего Советского Союза».