Финразведка намерена увеличить срок давности по антиотмывочным статьям

Росфинмониторинг предложил увеличить с трех до шести лет срок давности привлечения к административной ответственности за два вида нарушений законодательства о противодействии отмыванию (легализации) преступных доходов и финансированию терроризма (ПОД/ФТ). Соответствующий законопроект ведомство разместило на портале для общественного обсуждения нормативных правовых актов.

Речь идет о нарушениях по ч. 4 ст. 15.27 и ст. 15.27.3 КоАП. Первая предусматривает ответственность для организаций, осуществляющих операции с денежными средствами (как правило, это банки), и их руководителей, нарушивших антиотмывочное законодательство, если это повлекло легализацию доходов, финансирование терроризма либо финансирование экстремистской деятельности. Эта статья применяется, если действия обвиняемых «не содержат уголовно наказуемого деяния». За нарушение норм предусмотрены административный штраф для должностных лиц в размере от 30 тыс. до 50 тыс. руб. либо дисквалификация на срок от одного года до двух лет; для юридических лиц — штраф от 500 тыс. до 1 млн руб. либо административное приостановление деятельности на срок до 90 суток.

Ст. 15.27.3 касается совершения в интересах юрлиц сделок или финансовых операций с деньгами или имуществом, полученным преступным путем, «в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению» ими. За такие нарушения для юридических лиц, допустивших сделку, предусмотрен штраф: его нижний порог не установлен, а верхний может достигать трехкратной суммы денежных средств или стоимости иного имущества, являющихся предметом административного правонарушения. Кроме того, у нарушителя может быть конфисковано имущество, он также рискует столкнуться с приостановкой деятельности на срок до 30 дней.

Как пояснили РБК в пресс-службе Росфинмониторинга, проект направлен на «совершенствование выявления правонарушений», предусмотренных соответствующими статьями КоАП. В пояснительной записке к проекту поправок указано, что увеличение срока давности по таким статьям необходимо из-за особенностей выявления подобных правонарушений в сфере ПОД/ФТ.

«Сведения, значимые для производства по делам об административных правонарушениях указанных категорий, образуются по завершении продолжительных процедур предварительного расследования, судебного следствия, вступления в законную силу приговора либо принятия других итоговых процессуальных решений, допускающих использование соответствующих материалов в производстве по делу об административном правонарушении», — отмечается в пояснительной записке. Авторы проекта считают, что сохранение срока давности по этим статьям в три года «ограничивает возможность своевременного выявления» таких нарушений и «снижает превентивный потенциал» антиотмывочного регулирования.

Как инициативу оценивают эксперты

Увеличение срока давности вдвое прежде всего даст больше времени для привлечения банков к ответственности по делам, связанным с уголовными расследованиями, считает управляющий партнер юридической компании «Генезис» Артем Денисов. По его словам, такие кейсы могут расследоваться и рассматриваться годами, поэтому при действующем трехлетнем сроке административное преследование иногда становится невозможным еще до появления полной доказательной базы.

«Если с момента нарушения до вступления приговора в силу проходит больше трех лет, привлечь банк к административной ответственности по действующим правилам уже нельзя. С увеличением срока до шести лет доля реализуемых дел (то есть доведенных до штрафа или иной санкции) вырастет, поскольку у регулятора появится реальное время дождаться итога уголовного процесса», — говорит Денисов.

На практике таких дел немного, указывает адвокат Андрей Завьялов. «Думаю, что кардинально это не изменит ситуацию, ведь срок давности три года и так значителен, и количество правонарушений, выявленных за этими сроками, с принятыми решениями по ним не будет значительным», — считает он.

Как часто финразведка наказывает за нарушения в сфере ПОД/ФТ

Согласно отчету Росфинмониторинга, в 2025 году служба провела более 4,3 тыс. финансовых расследований в отношении более 100 тыс. юридических и физических лиц. На основе материалов финразведки было возбуждено 1,4 тыс. уголовных дел. По тем кейсам, что уже рассматриваются, в 2025 году служба добилась наложения штрафов на 242 млрд руб. и обеспечительных мер на 236 млрд руб. Непосредственно удалось возместить 17,5 млрд руб., оценивали в Росфинмониторинге.

Автор профильного телеграм-канала «Тот самый 115-ФЗ» Сергей Юдаков называет поправку скорее технической, связанной с общей продолжительностью рассмотрения дел об отмывании доходов и финансировании терроризма.

«Это очень сложные дела, так как требуется доказать именно причинно-следственную связь между нарушением банка и составом преступления», — поясняет эксперт. Он допускает, что одним из последствий может стать более осторожное поведение банков в сфере ПОД/ФТ — увеличение срока давности по нарушениям способно стимулировать участников рынка чаще направлять в Росфинмониторинг сообщения о подозрительных операциях и применять защитные меры.

«Никто и ничто не мешает банку перестраховываться и применять антиотмывочные меры даже при малейшем подозрении», — говорит он.

В качестве примера эксперт приводит сообщения о подозрительных операциях: по его словам, банки направляют их значительно больше, чем впоследствии возбуждается уголовных дел об отмывании. При этом, отмечает Юдаков, для банков не предусмотрено сопоставимых санкций за низкую эффективность таких сообщений.

Еще одно практическое последствие — увеличение периода, в течение которого банку придется сохранять возможность восстановить обстоятельства принятия решений по конкретным операциям, отмечает Завьялов.

«Банкам придется внимательнее документировать свои решения по ПОД/ФТ — ведь ответственность может наступить спустя годы, когда сотрудники, принимавшие решения, уже уволятся и все уже забыли о конкретной ситуации», — говорит он.

Денисов также ожидает более формализованного документирования: банкам потребуется сохранять не только сами материалы проверок, но и логику решений по клиентам и операциям, чтобы через несколько лет можно было подтвердить, почему конкретная операция была пропущена или признана подозрительной.