Каким оказался новый бюджет и что это значит для экономики

Правительство и Минфин объявили основные параметры проекта федерального бюджета на 2027 и 2028–2029 годы. Расходы на 2027 год планируются в размере 48,8 трлн руб., доходы — 43,3 трлн, сообщил премьер-министр Михаил Мишустин на заседании правительства. Таким образом, дефицит на следующий год закладывается на уровне 5,5 трлн руб., или 2,2% прогнозируемого ВВП. За пределами 2027 года озвучена прогнозная цифра — 48,4 трлн руб. доходов в 2029 году.

Весь бюджетно-налоговый пакет будет внесен в Госдуму до 1 октября, так что структура доходов и расходов еще не ясна. Бюджетный баланс в проекте на 2027 год удалось обеспечить в том числе через расширение пятиступенчатой шкалы НДФЛ со ставками до 22% на «пассивные», нетрудовые доходы и консолидации расходов в определенных частях бюджета. Министр финансов Антон Силуанов на недавнем Московском финансовом форуме заявил, что в проекте бюджета принят ряд мер «бюджетной консолидации», а на заседании правительства 24 сентября сказал, что общий объем «оптимизации бюджетного ресурса» оценивается более чем в 2 трлн руб. в год.

Приоритетами бюджета будут выполнение социальных обязательств, в том числе поддержка семей с детьми, обеспечение обороны и безопасности и достижение национальных целей, включая технологическое лидерство, объяснил Михаил Мишустин.

Каким будет новый бюджет с точки зрения влияния на экономический рост и уровень ключевой ставки ЦБ и какие меры принимали Минфин и правительство, чтобы его сбалансировать, — в материале РБК.

Что значит консолидация

Общий уровень расходов на 2027 год — 48,8 трлн — номинально демонстрирует рост по сравнению с прогнозом на 2027-й, содержавшимся в прошлогоднем бюджетном проекте (46,1 трлн). Отчасти этот рост связан с уровнем инфляции — год назад Минэкономразвития прогнозировало инфляцию 4% на 2026 год, а сейчас — 6,8%. Аналитики Центра макроэкономических исследований (ЦМИ) Сбербанка прогнозируют, что расходы в 2027 году составят 49,3 трлн руб.

«Эксперты и аналитики в целом ожидали несколько более высокую траекторию расходов и дефицита как на 2026-й, так и на 2027 год. Расхождение с ожиданиями не радикальное, но показательно, что Минфин не пошел по инерции: одновременно сдержал расходную часть и расширил доходную базу», — говорит ведущий эксперт ЦМАКП Эмиль Аблаев. В настоящее время прогноз по расходам 2026 года на портале Минфина и Казначейства «Электронный бюджет» составляет 46,1 трлн руб. Но итоговый результат, вероятно, будет больше, говорит РБК источник, близкий к Минфину.

«Особенность практики бюджетного планирования состоит в том, что проект федерального бюджета в значительно большей мере фиксирует доходную, чем расходную сторону росписи предстоящего года. Иначе говоря, решения по мобилизации новых доходов дают твердую основу говорить о масштабе консолидации, тогда как проектировки расходной стороны носят более индикативный характер и могут быть скорректированы с учетом меняющихся условий», — говорит старший управляющий директор, руководитель ЦМИ Сбербанка Александр Исаков.

Исходя из исполнения бюджетов прошлых лет, текущие параметры скорее определяют «пол», чем «потолок» фактического объема расходов по итогам следующего года, указывает Аблаев. Поэтому основная интрига теперь состоит в том, какой будет масштаб пересмотра первоначальных планов уже по ходу исполнения бюджета, подчеркнул он. Директор по инвестиционной стратегии УК «Ингосстрах-Инвестиции» Евгений Надоршин не исключает расходов на уровне около 50 трлн руб. и напоминает, что «опыт недавних лет и принятых ранее законов о бюджете говорит, что расходы в процессе исполнения бюджета растут».

Нынешние параметры более реалистичны и соответствуют не «планам под пересмотр», а исполнению бюджета, уверен главный экономист «Эксперт РА» Антон Табах. «Плюс расходы во многом определяются неэкономическими факторами», — добавил Табах. «Я бы не связывал рост расходов только с обеспечением обороны и безопасности. За последние годы одновременно появились и другие новые решения по расходам: расширились социальные обязательства, сохраняются крупные инфраструктурные проекты, добавляются технологические направления», — говорит Аблаев. Текущие бюджетные проектировки выглядят более реалистичными с точки зрения скорости консолидации бюджета, чем в прошлом году, подтверждает главный экономист группы ВТБ Родион Латыпов.

В процентах к ВВП прогнозные расходы 2027 года составят 19,7%. В ЦМИ Сбера в обзоре 21 сентября оценивали расходы текущего года в 20,9% ВВП. В процентах к ВВП расходы действительно будут ниже, чем в 2024–2026 годах, утверждает источник, близкий к Минфину. А дефицит на уровне около 2% ВВП является умеренным и контролируемым, считает старший научный сотрудник лаборатории структурных исследований ИПЭИ Президентской академии Владимир Еремкин.

Бюджет сверстан исходя из базовой цены нефти в $50 за барр. (в 2026 году — $59), а по формуле бюджетного правила только доходы, посчитанные при базовой цене ложатся в основу предельных расходов. Исходя из прогноза Минэкономразвития по ценам Urals ($53 в 2027 году со снижением до $51 в 2029-м), государство может вернуться к накоплению Фонда национального благосостояния.

Как увеличивать доходную базу

Частью бюджетной балансировки стала налоговая донастройка, которая затронет прежде всего граждан с крупными доходами от вкладов, дивидендов и инвестиций, отдельные компании горно-металлургического комплекса и трансграничную интернет-торговлю, говорит Аблаев. Кроме того, за счет мер по обелению экономики, включая борьбу с серым импортом, в проекте бюджета дополнительно учтены порядка 500 млрд руб. ежегодно, сообщил Силуанов.

Расширение налоговой базы НДФЛ и планы по налогам на сырьевые сверхдоходы в отдельных секторах совместно добавят 0,2–0,3% федеральных доходов в 2027–2028 годах, оценивает Исаков.

Правительство одновременно ищет дополнительные доходы и пересматривает уже существующие расходы, указывает Аблаев. «Это скорее говорит о том, что пространство для маневра стало меньше, а конкуренция между направлениями расходов выше», — уточнил он.

Не тормозящий, но жесткий

Мы имеем дело как минимум со стабилизацией бюджета, говорит Антон Табах: «а ждать нового 2017 года было бы маниловщиной».

На 2017 год правительство планировало достаточно жесткую бюджетную консолидацию. Тот «опыт консолидации» вспоминает и Аблаев. «Почти ровно десять лет назад бюджет достаточно быстро вернулся от повышенного дефицита к сбалансированности. Поэтому восстановление структурного баланса к концу нынешней трехлетки выглядит вполне достижимой задачей», — сказал он.

Бюджет «точно не тормозящий», хотя и «достаточно жесткий», говорит источник, близкий к Минфину.

Важен не только общий объем расходов, но и их структура и приоритизация, замечает Еремкин. «В проекте сохраняются значительные расходы на развитие человеческого капитала, технологическое лидерство и инфраструктуру. В частности, почти 2 трлн руб. [на трехлетку] предусмотрено на нацпроекты технологического лидерства, увеличивается финансирование проектов в сфере станкостроения и беспилотных систем. Сохраняются расходы на дорожное хозяйство, общественный транспорт и городскую инфраструктуру», — перечисляет он.

Одновременно проект бюджета сохраняет финансирование социальных обязательств и расходов развития, социальные расходы увеличиваются — предусмотрена индексация пенсий, а расходы на детские пособия, материнский капитал и семейные выплаты составят около 10 трлн руб. за три года, напоминает Еремкин.

Поможет ли бюджет смягчению денежно-кредитной политики

В предыдущие месяцы Банк России предупреждал, что будет следить за направлениями бюджетной политики и может сдержать снижение ключевой ставки, если дефициты окажутся выше ожидаемых.

Для ЦБ ключевым параметром с точки зрения ликвидности, поступающей в экономику, является структурный первичный дефицит, то есть, по сути, часть расходов, не обеспеченная совокупными доходами бюджета при базовой цене нефти. В базовом сценарии регулятор закладывает этот показатель в 2026-м на уровне 2% ВВП, в 2027-м — 1%, в 2028-м — 0,5%. В 2029 году будет достигнут нулевой структурный дефицит, и это подтвердил Силуанов: «Обеспечивается плавный выход на бюджетное правило к 2029 году».

Исходя из параметров, озвученных Силуановым, первичный структурный дефицит в следующем году может сложиться на уровне 0,6% ВВП, и это лучше ожиданий Банка России. «Относительно расходной стороны и, соответственно, структурного первичного дефицита бюджета Банк России с июля перешел к рациональной практике опоры на собственное суждение — предпосылки прогноза опираются на, но не повторяют цифры федерального закона. Таким, образом мы рассчитываем на то, что Банк России будет приветствовать параметры нового федерального закона о бюджете, но сможет в полной мере учесть его параметры в решениях по ключевой ставки уже по мере его исполнения в 2027 году», — говорит Исаков.

Номинально бюджет не выглядит проинфляционным, а скорее даже наоборот, говорит аналитик по макроэкономике УК «Ингосстрах-Инвестиции» Александр Иванов. «Однако оптимистичность заложенных в него предпосылок несколько беспокоит», — отмечает эксперт. В 2026-м расходы идут темпами, опережающими планы Минфина, напоминает он.

«На данном этапе бюджет выглядит сбалансированным, а дефицит предполагается ниже, чем в текущем году. В такой конфигурации сложно говорить о выраженном проинфляционном эффекте, напротив влияние на цены должно быть меньше», — подтверждает директор по анализу финансовых рынков и макроэкономики УК «Альфа-Капитал» Владимир Брагин. Но ключевой вопрос — каким фактически будет исполнение бюджета: именно это будет определять политику Банка России, говорит эксперт. Если бюджет будет исполняться в 2027 году, то у ЦБ исчезнет один из основных аргументов за жесткость денежно-кредитной политики, резюмирует Табах. Подготовленный бюджет сбалансирован, что важно в том числе для снижения инфляции и процентных ставок, заявил Силуанов.