Продовольственная безопасность: государство усиливает защиту продуктов

Татьяна Меель / АиФ

То, что мы едим сегодня, зависит не только от того, достаточно ли в стране сырья для изготовления продуктов. Не менее важны их качество, устойчивость поставок, защита от фальсификата и возможность проследить путь товара от производителя до прилавка. Цифровая маркировка и ветеринарные информационные системы уже позволяют выявлять нарушения, однако участники рынка говорят и о другой стороне проблемы: контроль должен отсекать недобросовестных производителей, не создавая избыточных препятствий для честного бизнеса.

Так почему теме продовольственной безопасности стало уделяться большое внимание госорганами? Почему в борьбе с фальсификатом может помочь ДНК-экспертиза, что изменил «Честный знак», а главное — почему сами предприниматели иногда выступают за усиление проверок, обсудили участники экспертной дискуссии «Продовольственная безопасность. Проблемы и пути решения в условиях современного рынка» на Восточном экономическом форуме — 2026.

Модератором дискуссии выступил первый заместитель главного редактора издательского дома «Аргументы и факты» Валерий Рукобратский. В ней приняли участие заместитель руководителя Следственного департамента МВД России Данил Филиппов, главный юрисконсульт Центрального аппарата Россельхознадзора России Дмитрий Ушаков, заместитель генерального директора Центра развития перспективных технологий Ревас Юсупов, генеральный директор платформы для работы с обращениями предпринимателей Элина Сидоренко и генеральный директор ООО «Агротек» Камчатка Владимир Рубахин.

Ущерб исчисляется миллиардами

Данил Филиппов предложил рассматривать фальсификацию продуктов не просто как нарушение правил торговли или маркировки, а как часть преступных экономических схем.

Речь идет одновременно об обмане потребителей, нарушении требований безопасности, недобросовестной конкуренции, незаконном извлечении прибыли и ущербе для честного бизнеса.

Для следствия принципиально важно установить всю цепочку: кто закупил сырье, переработал его, промаркировал и реализовал, кто получил экономическую выгоду и каким образом товар дошел до потребителя.

Только по уголовным делам за 2025 год: ущерб в 642 млн рублей — в секторе производства мяса и мясопродуктов, 443 млн рублей — в молочной отрасли, 445,3 млн рублей — в сфере дистиллированных алкогольных напитков и этилового спирта, и 172 млн рублей — при переработке и консервировании рыбы и морепродуктов, — демонстрируя слайды, пояснил Данил Филиппов. — За последние три года зарегистрировано около 3,9 тыс. преступлений, связанных с производством, приобретением, хранением, перевозкой или сбытом товаров без обязательной маркировки. Это примерно 1,3 тыс. ежегодно. По словам представителя МВД, около 90% таких уголовных дел направляются в суд.

Отдельно замруководителя Следственного департамента МВД России рассказал о возбужденном в 2026 году деле в сфере оборота рыбной продукции. Предварительный ущерб по нему оценивается в 2,5 млрд рублей. Схема была выявлена совместно с пограничным управлением ФСБ России, а ее география охватывает Астрахань, Дагестан, Калмыкию, Краснодарский край и Ростовскую область.

Три схемы продовольственного фальсификата

Представитель МВД выделил три наиболее характерные криминальные схемы.

Первая — видовая подмена, когда дешевое сырье выдается за более дорогое.

Вторая получила условное название «вторая жизнь товара»: уже испортившуюся продукцию пытаются вернуть в оборот, например, изменяя ее свойства таким образом, чтобы скрыть признаки порчи.

Третья — легализация браконьерского сырья, полученного незаконным путем.

Подобные схемы могут сопровождаться фиктивными ветеринарными сопроводительными документами, декларациями, недостоверной маркировкой и разрывами в прослеживаемости партий.

Данил Филиппов считает, что сократить влияние человеческого фактора можно за счет дальнейшего объединения и развития государственных информационных систем, в том числе ФГИС «ВетИС» и ее компонента «Меркурий».

Еще одно предложение — шире использовать ДНК-исследования для наиболее дорогих и уязвимых категорий товаров.

Сегодня, по его словам, одна такая экспертиза стоит около 5 тыс. рублей, тогда как 10–15 лет назад стоимость составляла примерно 30 тыс. рублей.

При этом Филиппов отдельно подчеркнул, что идея проводить такие исследования до выпуска отдельных видов продукции является его экспертным предложением, а не официальной позицией МВД.

Фальсификат ищут от поля до прилавка

Главный юрисконсульт Центрального аппарата Россельхознадзора Дмитрий Ушаков назвал одной из наиболее острых проблем фальсификацию молочной продукции.

Среди выявляемых нарушений — замена молочных жиров растительными и применение сырья, которое не должно использоваться для изготовления заявленного продукта. В качестве примера он привел использование пахты при производстве сливок, — отметил представитель Россельхознадзора. — При этом в последние годы наблюдается положительная динамика по снижению уровня фальсификата.

Один из основных инструментов контроля — ФГИС «ВетИС». Ее компонент «Меркурий» обеспечивает оформление ветеринарных сопроводительных документов и позволяет прослеживать движение продукции животного происхождения по принципу «от поля до прилавка».

В системе применяются и инструменты искусственного интеллекта. Полученная информация анализируется специалистами и может использоваться не только Россельхознадзором, но также правоохранительными органами, прокуратурой и другими государственными структурами.

Однако одной цифровой системы недостаточно. Важными элементами Ушаков назвал профилактику нарушений, обучение инспекторов, контрольно-надзорные мероприятия, административные меры и межведомственное взаимодействие.

Административка не всех приводит в чувства

К нарушителям, которые систематически не соблюдают обязательные требования, могут применяться жесткие меры.

Дмитрий Ушаков рассказал о случае в Ивановской области, где в августе двумя решениями арбитражного суда была приостановлена деятельность крупного молочного предприятия, занимавшегося фальсификацией продукции, которая поставлялась в том числе в социально значимые учреждения.

Суммарный срок приостановления составил 120 суток.

По словам представителя Россельхознадзора, особенно высокими требования к безопасности должны быть в отношении продуктов, которые получают дети.

Приоритетами для ведомства остаются Доктрина продовольственной безопасности и Стратегия комплексной безопасности детей на период до 2030 года.

Продовольственная безопасность — это не только контроль и надзор, это еще и доверие. Доверие граждан к товарам на полках, доверие учреждений к поставщикам, доверие государства к бизнесу и бизнеса к государству, — подчеркнул спикер. — ДНК-исследования он также назвал полезным инструментом: выявление сырья, не заявленного в составе продукта, позволяет подтвердить факт фальсификации и становится основанием для дальнейших административных или уголовно-правовых мер.

«Честный знак» стал цифровой биографией товара

Заместитель генерального директора Центра развития перспективных технологий Реваз Юсупов предложил посмотреть на продовольственную безопасность шире.

Недостаточно просто произвести необходимое количество продуктов. Важно, чтобы они были качественными, безопасными и дошли до покупателя. Если часть продукции окажется поддельной, а другая не попадет в магазины из-за разрыва поставок, одного роста производства недостаточно.

По словам представителя ЦРПТ, за несколько лет система маркировки «Честный знак» превратилась из инструмента противодействия контрафакту фактически в цифровой двойник товарной экономики страны.

Сейчас в системе работает около 1,1 млн компаний, а обязательной или экспериментальной маркировкой охвачены 52 отрасли. За пять лет доля нелегального оборота, по приведенным Ревазом Юсуповым данным, сократилась с 26% до 9%.

Приложением «Честный знак» пользуются более 40 млн человек. Потребители проверили около 500 млн товаров и направили порядка 370 тыс. жалоб.

Особенно заметны результаты автоматической блокировки проблемной продукции. По словам спикера, продажи просроченной воды сократились в 550 раз, просроченного молока — в 199 раз.