«Язык» до Киева доведёт. Разведчики 48 дней вели радиоигру под носом у ВСУ

В разведывательно-штурмовой бригаде «Волки» Александр служит уже два года. Фото из личного архива

«На войне иной раз важно, не кто кого перестреляет, а кто кого передумает. Тут надо хитрить, обманывать. Нужно заставлять врага постоянно ошибаться», – рассуждает доброволец Александр. Он 48 дней с товарищами водил за нос противника, находясь во вражеском тылу. Свой позывной Рокстар командир штурмовой роты носит неслучайно. Александр убеждён, что без драйва и вдохновения удачи в бою не видать. Наверное, в другой жизни он действительно мог бы собирать концертные залы. Но сейчас его сцена – это лесополки, «открытки», окопы и блиндажи, а выступать приходится под аккомпанемент взрывов, свист пуль и жужжание дронов.

«Коржик» и нацист

В разведывательно-штурмовой бригаде «Волки» Александр служит уже два года. Они работают на самом горячем, славянско-краматорском направлении в ДНР. Разведчику приходилось много раз в прямом смысле слова ходить под смертью. За плечами у офицера — выполнение различных боевых задач. Но даже для него события прошлого года – нечто действительно особенное.

Доброволец Александр с позывным Рокстар. Фото: личный архив

«Это должна была быть совершенно рядовая операция, – начал Рокстар свой рассказ. – Отправились «забирать» у боевиков очередной рубеж. Если точнее, нужно было зачистить лес. Выдвинулись на мотоциклах, быстро преодолели почти два километра, закатились на позиции ВСУ. Ожидали такой нормальной стрелкотни, то есть мощного стрелкового боя, но обнаружили, что украинские позиции первой линии абсолютно пусты. Двинулись дальше, к точке, которую определил командир. Очень скоро стало ясно, что мы оказались непосредственно в тылу врага. Отлично помню, как зашли в пустой украинский блиндаж. И пусть это была не первая наша боевая задача, но – честно – радовались. В этом «блинчике» просидели сутки. Нас было трое. Кроме меня, это были боец с позывным Якут, очень хороший разведчик, и ещё один парень, совсем молодой. Для него это был его первый боевой выход. Молодого разведчика поставили наблюдать за обстановкой, а сами в это время укрепляли новую позицию мешками с песком. На следующий день, где-то к обеду, наблюдатель засёк двух солдат ВСУ, которые двигались в нашу сторону».

Первым делом Александр вышел на связь с «Большой землёй», сообщил координаты для артиллерии. Разведчики понимали, что эти двое могут быть только частью большой группы, и в случае крупного наступления врага огонь нужно будет вызывать на себя. Но закончилось всё короткой перестрелкой. С двух выстрелов парни уничтожили первого вэсэушника, а второй сдался.

Рокстар с боевым товарищем. Фото: личный архив

«Быстро выяснилось, что завалили мы не обычного бойца, а командира, старшего этих позиций. Судя по его личным вещам – прожжённый нацик. Шеврончики с мёртвой головой (символ СС – ред.) в карманах, награды за войну в Донбассе с 2014 года. А второго парня – позывной его был Коржик – бусифицировали (отловили насильно на улице – ред.) и кинули на фронт. Он-то нам впоследствии и помог начать радиоигру с врагом. По сути, немного хитрости, маленькая китайская рация – и у нас получилось доставить противнику серьёзные проблемы», – добавил офицер.

Долгая радиоигра

Первым делом парни перевязали легкораненого Коржика, дали ему воды. Затем придумали легенду. Объяснили пленному, что он должен сообщить по рации на свой командный пункт.

«Коржик – его на самом деле Саня зовут – вышел на связь со своим командиром и всё убедительно доложил. Его, естественно, спросили, что за стрелкотня была в лесу. Он ответил: да это, мол, «птицы» русские разлетались, – вспоминает Рокстар. – Кроме того, Саня сказал, что с тем нациком, которого мы ликвидировали, они просто разминулись. Ему поверили и поставили задачу: держать блиндаж до подхода основных сил. Дальше уже пошла наша чисто разведывательная работа».

Так начался отсчёт 48 дней, которые наши ребята провели буквально под носом у боевиков. Всё это время украинцы были уверены, что позиция остаётся за ними.

«Результат себя долго ждать не заставил. У нас получилось выявить точные координаты двух крупных позиций врага: там сидели украинцы, а также грузинские наёмники. С коптера эти точки было просто не засечь, вэсэушники прятались под асфальтированной дорогой. В общем, навели туда артиллерию. Потом несколько раз к нам прилетали вражеские «Бабки-ёжки». Только первый раз в моей жизни эти БПЛА несли нам не смерть, а спасение. Украинцы сбрасывали Коржику еду, воду, сигареты, патроны. Он ходил забирал. Несколько раз ему пытались прислать подкрепление, но такой расклад в наши планы как-то совсем не вписывался. Поэтому на каждую ротационную группу мы наводили уже наши дроны. Хотя однажды один вэсэушник до нашего блиндажа всё-таки дошёл. И это оказался очень ценный «язык».

Дотянулись до Киева

В тот день вечером парни сели ужинать – как раз той провизией, что подкинул противник. И в этот момент рация Коржика заработала: его предупредили, чтобы он готовился встречать подкрепление. На подмогу отправили одного вэсэушника. Поэтому Рокстар рассудил, что ликвидировать новенького они всегда успеют, но нужно сначала попробовать предложить ему сдаться.

«Я предупредил наше командование, чтобы этого мужика не гасили с дронов. На следующее утро мы пошли встречать нового «пассажира». Он как шёл, так и упёрся в наши автоматы. Сначала не поверил: «Хлопцы, хватит шутить, я свой». Но Коржик ему быстро объяснил, что к чему. И парень оказался реально ценным кадром. Родом из Черниговской области. На контракте с 2022 года, служил водителем на крупнейшей военной базе обеспечения в Киеве. Очень подробно всё рассказал: адреса, пароли, явки. Мы эту информацию тоже передали, и, насколько я знаю, туда хорошо так прилетело», – говорит разведчик.

Между тем фронт на месте не стоял. За полтора месяца дела ВСУ стали на этом участке ещё хуже. И там, где ещё недавно крепко сидели украинские боевики, уже окапывались наши парни. Блиндаж разведчиков переставал быть вражеским тылом.

«Пришла команда, что нужно выходить. Сначала вывел Якута и молодого разведчика, они же забрали с собой пленных. А потом, дня через три уже, и я за ними выбрался. Ждал нормальной погоды, чтобы можно было уйти «по-серому». С этим мне повезло: как раз была середина осени, опустился хороший туман, – заканчивает Рокстар. – О судьбе взятых нами пленных особо не расспрашивал. Мы рассказали всё, как было, что ребята реально проявили себя с самой лучшей стороны. Полагаю, что фильтрацию в органах контрразведки они точно прошли».

Чудо на фронте

Мой герой остановил рассказ, чтобы перевести дух. А потом, скажем так, вместо послесловия вспомнил ещё одну историю.

«Мы с Якутом продолжаем служить, он теперь мой заместитель, – сказал мне на прощание Александр. – Недавно ездил в отпуск домой, в Пермь. Там у меня родители и невеста Диана. Даст Бог, приеду в следующий раз – сыграем свадьбу. А вообще, чем больше воюю, тем отчётливее понимаю: если суждено человеку вернуться домой, то так и будет, несмотря ни на что. Чудеса случаются на фронте сплошь и рядом. Помню, как получил первое в жизни серьёзное ранение. Мы два дня отбивали накаты противника. В какой-то момент БПЛА сбросил заряд прямо на меня. Первая мысль была, что оторвало ногу. Лежу в воронке, в голове шум, перед глазами белая дымка. И я непонятно у кого вслух спрашиваю: «Это конец» Я что, в раю?» И тут уже другой голос мне отвечает: «Рано тебе ещё, встань и иди». Подскочил как ошпаренный, быстро пробежал до укрытия. А потом смотрю: ровно в то место, где лежал, прилетает снаряд миномётный», — рассказывает Александр.