1 hour ago
5
Под пристальным вниманием Евросоюза из-за позиции по Украине оказался премьер Болгарии Румен Радев. Об этом написала Monde.
Газета напоминает, что София отказалась участвовать в «коалиции желающих» и угрожала наложить вето на 21-й пакет антироссийских санкций. В то же время в Брюсселе не испытывают серьезной обеспокоенности в отношении Радева, поскольку Болгария якобы не позволит себе пойти на разрыв с ЕС.
Действительно ли она настолько слаба, что ничего не может противопоставить? Радев не станет заменой экс-премьеру Венгрии Виктору Орбану?
– Если Радев будет усердствовать с постановкой «палок в колёса» антироссийским и проукраинским инициативам – Болгарию лишат финансирования по линии Евросоюза, – поясняет доцент Финансового университета при Правительстве РФ Вадим Трухачев.– Просто будут смотреть за его политическими действиями.
«СП»: Дело только в Украине? Или еще есть, за что?
– Дело, главным образом, именно в России и Украине. По логике военного времени, в которую Радев не хочет вписываться. Это главная тема для ЕС и НАТО.
«СП»: Когда Радев был президентом, это не вызывало вопросов у Брюсселя?
– У президента Болгарии намного меньше полномочий, чем у главы правительства. На него можно было не обращать внимания. На премьера – нельзя.
«СП»: Чем это может закончиться для него? Какие у Брюсселя есть меры воздействия?
– Главный рычаг – финансовый. Лишение финансирования по линии ЕС. Болгария на душу населения получает из Брюсселя больше всех. И подобная мера действительно больно ударит по стране.
«СП»: Радев пророссийский или проболгарский? Пророссийские там вообще есть?
– Пророссийские там есть, но не в большинстве, и у власти они не находятся. Радев – просто не антироссийский, не желающий втягивать Болгарию в долгосрочный военный конфликт.
«СП»: Радева многие поспешили назвать «заменой Орбану». Насколько это справедливо, если сравнить веса Болгарии и Венгрии?
– И Орбан мог немного, а Радев – подавно. Хорошо, что он есть. Но, как и в случае с Орбаном и Фицо, не надо преувеличивать его возможности. Он может отбить пару пунктов санкций, он может перестать поставлять оружие Украине по государственной линии – но не более того.
«СП»: Можем мы чем-то помочь Радеву?
– Прямо помогать нельзя – будет только хуже. Но надо вдолгую по славянской и православной линии работать с болгарским обществом. Чтобы политики, подобные Радеву, стали там нормой, а упоротые евроатлантисты вроде бывшего премьера Кирила Петкова – маргиналами.
– Радев однозначно – проболгарский, – уверен политический аналитик Кирилл Озимко.
– Это прагматичный и независимый политик, который пытается выстроить курс, основанный на национальных интересах страны, а не Брюсселя, Берлина или Вашингтона.
Это напрямую влияет на его видение отношений с Россией. Он неоднократно заявлял, что будет стремиться к уважительному и равноправному диалогу с Москвой. Важно, что он всегда подчеркивает, что Болгария – это славянская и православная страна в составе ЕС, то есть не отказывается от своих корней, не стыдится их, как это происходит на Украине. В этом отношении Болгария могла бы стать важным звеном в диалоге России с Западом.
«СП»: Радева взяли на карандаш? Как это понимать? В чем заключается наблюдение? Почему не наблюдали раньше?
– Это в очередной раз показывает, какой тоталитарной сектой стал Евросоюз. Время игры в «демократию», лицемерия закончилось. Теперь там в открытую следят за политиками, давят на них, угрожают – требуют таким образом придерживаться «правильной», одобренной в Брюсселе, точки зрения на конфликт на Украине. Про неё там можно либо хорошо, либо никак.
Раньше, когда Радев был президентом, его полномочия были церемониальными и формальными, а влияние на внешнюю политику – ограниченным. Болгария – парламентская республика.
Именно переход от президентских полномочий к реальной исполнительной власти, где Радев получил возможность напрямую влиять на внешнеполитический курс, и стал тем раздражителем в ЕС, что его «взяли на карандаш».
«СП»: И что ему могут сделать? Орбану вон сколько лет ничего не могли. Болгария в этом плане в более сильной позиции или слабой?
– Будут работать над тем, чтобы его полномочия как можно скорее закончились. Да, у Брюсселя нет прямых рычагов, как снять Радева с поста, но ЕС будет использовать все политические, административные ресурсы, помогать и спонсировать оппозицию Болгарии. Все, как было в Венгрии.
А самое важное – там давно разработали механизмы, как не допустить подобных независимых политиков в будущем. Если ранее они могли победить на выборах, то теперь там все чаще выборы фальсифицируются во имя «сохранения европейских ценностей».
«СП»: На кого опирается Радев внутри страны. Сильны ли его позиции?
– Основа его поддержки – это население, уставшее от политической нестабильности и коррупции. После того как в конце 2025 года правительство ушло в отставку в ходе массовых протестов против повышения налогов и коррупционных скандалов, Радев смог объединить протестный электорат.
В ближайшее время ему удастся сохранить власть. У него есть парламентское большинство. Это означает, что его правительство будет стабильным, а инициировать вотум недоверия оппозиции просто не хватит голосов.
Так что, раздражать Брюссель он может еще долго – как Орбан.
«СП»: Если сравнивать опять же с Орбаном, насколько это корректно?
– Главное, что их объединяет, это критика Брюсселя, отказ от отправки оружия Украине и призывы к переговорам с Россией.
Но у болгарского премьера, в отличие от венгерского, значительно меньше пространства для маневра и открытой конфронтации с Брюсселем, так как это может ударить по экономике страны. Болгария – самая бедная страна ЕС, которая больше зависит от Брюсселя, чем Венгрия.
Поэтому риторика Радева, думаю, будет гораздо более сдержанной. Новым Орбаном он не станет, но еще одним Фицо – может.
«СП»: Как нам себя с ним вести? Или лучше никак вообще не обозначать свою позицию, чтобы ему же хуже не сделать?
– Думаю, пока нужно наблюдать. Понять, насколько он может стать нашим реальным союзником.
Несмотря на все вышесказанное, Радев все равно привержен ЕС и НАТО. Его цель – не разрыв с Брюсселем, а получение уступок и отстаивание национальных интересов, что характерно для прагматиков вроде премьера Словакии Фицо.
Исходя из этого и нужно выстраивать стратегию отношений. Где-то в чем-то возможна и помощь, потому что такие политики в любом случае выгоднее России, чем полностью пробрюссельские.
