3 часа назад
4
Запуск пилотируемого корабля "Союз МС-29" с только что отремонтированной стартовой площадки №31 на Байконуре прошел настолько безукоризненно, что космонавты из российско-американского экипажа привлекли к себе меньше внимания, чем почётные гости. На космодром прибыли первый вице-премьер Денис Мантуров и глава NASA Джаред Айзекман.
Примечательно, что руководители американского космического агентства не приезжали на Байконур целых 8 лет. Айзекман на публике не отличался разговорчивостью:
- Мы будем продолжать сотрудничество (с Роскосмосом, - «СП») в дальнейшем настолько, насколько это возможно, - сказал шеф NASA.
Значительно более общительным оказался Денис Мантуров, который, как видно, вслед за авиацией решил взять под свою опеку и космическую отрасль.
- Разработана совместная программа, предполагающая завершение полета МКС на конец 2030 года. Готовы к обсуждению перспектив сотрудничества по линии национальных орбитальных станций. Здесь особое значение придаём возможности оказания взаимной помощи при возникновении внештатных ситуаций, - сказал Мантуров.
Таким образом, первый вице-премьер сообщил, что судьба МКС решена окончательно – через четыре года её сведут с орбиты и затопят в океане. А всё остальное можно будет обсудить.
Кроме того, по словам Мантурова, Россия видит потенциал для кооперации в рамках лунных программ. Звучит заманчиво с учетом того, что у России своей лунной программы просто не существует.
Давно готова к запуску беспосадочная автоматическая станция «Луна-26» для фотографирования поверхности. Но за то время, пока мы планируем её старт, американский корабль Artemida II облетел спутник Земли с четырьмя астронавтами на борту, а китайцы начали возить для изучения в своих лабораториях грунт, взятый с обратной стороны Луны.
На этом фоне запуск нашего «орбитального фотоаппарата» кажется всё менее актуальным.
В нашей стране традиционно космонавтика очень популярна, и среди любителей этой темы множество оптимистов. Они сделали из слов Мантурова такой вывод:
Известно, что NASA не планирует строить новую американскую станцию на околоземной орбите. Значит «сотрудничество по линии орбитальных станций» может означать, что Штаты присоединятся к работе над Российской орбитальной станцией. И в таком случае небольшая РОС может разрастись до нового космического гиганта – МКС-2.
На вопрос о том, возможно ли подобное развитие событий, «Свободной Прессе» ответил научный руководитель Института космической политики Иван Моисеев:
- В нашей РОС американцы участвовать не будут. Возможно, имелось в виду, что после окончания МКС продолжатся перекрёстные полёты. То есть на нашу станцию будет прилетать один американский астронавт, а один наш космонавт отправится на их корабле к из станции.
«СП»: Но NASA не будет делать новую околоземную станцию…
- Да, агентство сосредоточится на лунной программе. Но появятся несколько частных околоземных станций, которые сейчас готовятся одновременно разными компаниями. И они тоже планируют, как и мы нашу РОС, начать строить в космосе в 2028 году.
Сейчас известно о четырёх станциях разных фирм. Но несмотря на то, что эти станции частные, NASA всегда сможет сделать заказ на приём российского космонавта.
О продолжении перекрёстных полётов после 2030 года никто пока публично не говорит, видимо - рано, но это технически возможно. И может быть полезно в части операций по взаимопомощи в космосе.
«СП»: Какая станция начнёт полноценно работать раньше: РОС - или детище кого-то из американских частников?
- Станцию Axiom, возможно, начнут собирать раньше. Первый модуль они планируют отправить в космос в 2027 году. Но гадать очень трудно. И РОС, и американские коммерческие станции – это новые конструкции. Нет пока ещё опыта их создания, поэтому почти наверняка у всех будут сдвиги вправо, отсрочки, переносы пусков.
«СП»: А что нового у нас в РОС? Модуль «Наука» уже на МКС, энергетический модуль – главный на станции - построили еще на рубеже веков в качестве резервного для МКС…
- Прошлые блоки делали в Центре Хруничева, а этот выпустила «Энергия». Это разные технические школы. И монтаж РОС будет делаться принципиально по-новому. Раньше запускали базовый модуль, а потом к нему начинали стыковать следующие, которые прилетали. А теперь энергетический блок должен сначала состыковаться с МКС, работать с ней, что-то оттуда забирать, потом отстыковаться. Более сложная процедура.
«СП»: Мантуров сказал о возможной кооперации в лунной программе. Известно, что в период, когда Роскосмос возглавлял Рогозин, американцы сами нам это предлагали, но получили отказ. Почему мы отказались тогда, и предложат ли они нам это вновь?
- Участвовать с американцами в лунных программах можно только если Россия подпишет «Соглашения Артемиды» (Artemis Accords, на данный момент его подписали 55 стран, - "СП»). По-другому никак. А то, что Россия подпишет эти соглашения, кажется очень маловероятным, исходя из политических отношений России и США.
«СП»: В этих соглашениях есть что-то неприемлемое для нас?
- Только то, что их выдвинули американцы. А принципы там разумные. Это защита мест высадки на Луну – чтобы друг другу на голову не садились. Взаимопомощь, никакого оружия, коллективная собственность на полезные ископаемые в соответствии с Договором о космосе от 1967 года, защита исторического наследия.
«СП»: А какое есть историческое наследие на Луне?
- Речь идёт о том, чтобы не затаптывали следы наших луноходов, американских астронавтов, и так далее. Это действительно актуально, потому что в своё время Google объявила конкурс на поиск следов прошлых экспедиций и посадочных модулей (предлагается отправить к местам высадки астронавтов небольшой частный луноход с камерой, приз $30 млн, - «СП»). Ну если они все туда рванут, то всё историческое затопчут. Так-то следы хранятся тысячелетиями.
«СП»: Россия является участником проекта китайской лунной станции, хотя наша роль там пока не ясна. Могут подписанты «Соглашений Артемиды» входить в китайский проект и наоборот?
- Формально – могут, ни одна из сторон этого не запрещает. Но фактически таких случаев ещё не было. Выбирают одно из двух.
«СП»: Теоретически, Россия может стать первой, кто и там, и там. Если говорить о нашей стране и США, то кому из сторон выгоднее продолжать сотрудничество в космосе?
- Это выгоднее отстающим в технологиях и компетенциях. Проект МКС появился в результате того, что мы опережали американцев, у нас был опыт работы со станциями. У Штатов тоже был опыт, но очень давний – 1973 года. Он уже устарел, и тогда Россия была впереди. Поэтому несмотря на экономические и политические препятствия, соглашения были подписаны.
Но за четверть века работы на МКС Штаты нарастили свой опыт, сравнялись с нами в этом отношении, а технологически они нас очень серьёзно опережают.
Теперь у них частные станции и забота о том, чтобы не затоптать следы наших исторических луноходов.
